Слайд-композиция: «То юность моя в огне». Юлия Друнина

Share on FacebookShare on VK

druninaЮношеская библиотека имени Н. А. Некрасова ЦБС города Ярославля 8 мая в 13 часов приглашает любителей поэзии послушать литературную композицию по стихотворениям Юлии Друниной «То юность моя в огне». Мы услышим ее закадровый голос, читающий стихи.

Я до сих пор все открываю мир,
В нем новые отыскивая грани,
Но вспыхивает в памяти пунктир,
Трассирует пунктир воспоминаний…

Вместе с поэтессой мы восстановим линию жизни Юлии Друниной. Поздний ребенок в семье в 4 года она уже научилась читать. Чтение запоем стало самым захватывающим счастьем. В школу, где преподавал ее отец, а библиотекарем работала мама, она пошла в шесть с половиной лет. Стихи начала писать в 11 лет и никогда не сомневалась, что станет литератором. Детское ее стихотворение впервые было напечатано в 1938 г. в «Учительской газете» и передано по радио.

С самого начала войны Юлия Друнина рвалась фронт, хотя ей не хватало двух лет до совершеннолетия. Она стала санитаркой в госпитале, рыла окопы под Москвой, оттуда и ушла к ополченцам медсестрой. А затем, как в калейдоскопе: выход из окружения, эвакуация в Сибирь, школа младших авиаспециалистов, штурмовой авиаполк на Дальнем Востоке, побег на фронт, стрелковая дивизия Второго Белорусского фронта, ранение в 1943 г., инвалидность и снова фронт, и снова ранение. В Латвии она была контужена и признана негодной к несению военной службы. За спиной Юлии Друниной всегда звучало эхо войны, с которой она, 20-летняя девчонка, принесла священное чувство  товарищества и человеческого достоинства.

Побледнев,
Стиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернешься едва ли…

После войны Юлия Друнина становится студенткой Литературного института. Несмотря на тяжелый быт, время это осталось в памяти ярким и прекрасным. В начале 1945 г. в журнале «Знамя» опубликована подборка ее стихотворений. Главной темой ее поэзии оставалась минувшая фронтовая жизнь. Поэтесса существует как бы в двух измерениях – памяти и жизни, «в шестидесятых и в сорок первом».

Все грущу о шинели,
Вижу дымные сны, –
Нет, меня не сумели
Возвратить из Войны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *