Работа Всеволода Мейерхольда над постановкой драмы Лермонтова «Маскарад»

Share on FacebookShare on VK

2 марта 2013 года, в 17 часов библиотека имени М. Ю. Лермонтова приглашает на встречу «Маски, свечи, зеркала… Петербург, февраль». Работа Всеволода Мейерхольда над постановкой драмы Лермонтова «Маскарад». Вечер ведёт доктор искусствоведения, профессор Ярославского педагогического университета Татьяна Семёновна Злотникова.

«Маскарад» – одно из самых загадочных произведений Лермонтова. Не потому, что там что-то неясно в сюжете. А потому, что эта драма воплощает собою вечную загадку человеческой души. Где грань между добром и злом? В чём истина страстей? Обречён ли человек на пожизненное участие во вселенском маскараде, с чередою меняющихся, обманных масок? Или есть всё же на свете искренность, чистота, доверчивость? Как хочется сразу дать ответ – простой и ясный! Но не для поверхностных ответов задаёт нам свои мучительные вопросы Лермонтов…

Великий театральный режиссёр Всеволод Мейерхольд поставил драму Лермонтова «Маскарад» в Петербурге (тогда – Петрограде), в Александринском театре, в феврале 1917 года. До премьеры он работал над спектаклем около шести лет. Так, может быть, занимаясь этой драмой столь долго, он нашёл ответы на те самые вопросы? Похоже, что нет. Мейерхольд своей работой над «Маскарадом» оставил в истории нашей культуры не ответ. Он оставил шедевр. Он создал спектакль столь совершенный, что даже сейчас, не имея возможности увидеть его на сцене, а только читая или слушая о нём, испытываешь то глубокое волнение ума и сердца, которое, возможно, важнее для человека, чем простые ответы на сложные вопросы.

В содружестве с художником Александром Головиным и композитором Александром Глазуновым Мейерхольд создал спектакль, в котором щедрое общее великолепие сочеталось со скрупулёзной точностью любой мельчайшей детали. Всё – каждая эмоция актёров, каждое их движение, неожиданная смена мизансцен и магическая игра созданных Головиным роскошных и жутких занавесов – всё подчинялось точнейшей режиссёрской партитуре, воплощённой на драматической сцене по законам музыки. Маски, свечи, зеркала… Роскошь в сочетании с изысканностью… «Маскарад» в Александринском театре был вызывающе, избыточно красив. И в этой чрезмерной красоте таилось что-то зловещее. Нарастающее чувство гибельности происходящего переходило с роскошной сцены в роскошный зрительный зал – недаром они были освещены одинаково ярко и зал отражался в высоких зеркалах на сцене… Премьера «Маскарада» состоялась в императорском Александринском театре 25 февраля 1917 года. Город за стенами театра был охвачен всеобщей забастовкой. Через день, 27 февраля, произошла Февральская революция. Империя пала.

Всеволод Эмильевич не подгадывал премьеру специально к этим дням. Так распорядилась история. И странной рифмой к горящим на сцене свечам стали костры, горящие на перекрёстках революционного города. А на следующий после премьеры день, когда вновь давали «Маскарад», прямо при входе в театр был убит шальной пулей студент – наверное, такой же молодой и наивный, как лермонтовская Нина… Искусство и жизнь трагически и сложно отражались друг в друге…

Всё это нам надо знать не просто «для общей культуры». А для того, чтобы острее, глубже, сознательнее понимать, что происходит с нами в сегодняшней жизни. Нашим собеседником в субботний вечер 2 марта будет театровед, доктор искусствоведения Татьяна Семёновна Злотникова. И в этом нам очень повезло, потому что Татьяна Семёновна не только досконально знает историю и современность театра, но и помогает своим слушателям увидеть главное в искусстве таким же ясным, пристальным взглядом, каким обладает она сама.

А в конце вечера мы сможем подойти к книжной выставке и ещё раз всмотреться в репродукцию портрета Всеволода Мейерхольда. Этот портрет написан Головиным в том же самом 1917 году, когда был поставлен «Маскарад». Всеволод Эмильевич у зеркала. Мы видим его лицо в двух ракурсах. Один лик – в профиль – отражается в зеркальном стекле. Он смотрит – строго и грустно – куда-то в неведомую нам даль: в прошлое, а может быть, в вечность. А лик перед зеркалом повёрнут к нам. Крупная, нервная лепка лица, мощный лоб. И глаза… Они смотрят прямо в душу зрителю. Умные, глубоко серьёзные, всё понимающие глаза. И есть в них какая-то тайна, какой-то невысказанный вопрос. Может быть, это всё тот же вечный вопрос о загадке человеческой души… Ответ каждому из нас надо искать самостоятельно.

Ирина Шихваргер

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *