Лермонтовские дни в Ярославле: поездка в Борисоглеб и Семибратово.

Share on FacebookShare on VK

12_borisogleb12С 10 по 15 октября в Ярославле, в Центральной библиотеке имени М.Ю. Лермонтова (директор – Светлана Юрьевна Ахметдинова), проходят традиционные Лермонтовские дни, в рамках которых организуются и Лермонтовские чтения (о них речь еще впереди). Старт Дням был дан несколькими неформальными мероприятиями, в том числе — поездкой в Борисоглеб и Семибратово.

В этом году форум лермонтоведов  особенный: во-первых, проводится в Год литературы, во-вторых, в 15-й раз, а в-третьих, в год 60-летия Центральной библиотеки имени М. Ю. Лермонтова.

Имя же Лермонтовским дням традиционно дала строка Михаила Юрьевича — на сей раз это стали слова «Из пламя и света рожденное слово».

Открылись Лермонтовские дни 10 октября просмотром и обсуждением короткометражных художественных фильмов по произведениям М. Ю. Лермонтова, снятых режиссёром Петром Чардыниным еще до революции.

11 октября студенты Ярославского театрального института (курс Олега Леонидовича Нагорничных) показали для читателей ЦБ поэтическую композицию, которая называлась так же, как и основной форум.

А 12 октября сотрудники Централизованной библиотечной системы, которую также возглавляет Светлана Юрьевна Ахметдинова, отправились в особую поездку — по лермонтовским местам Ярославии.

Я буквально слышу недоумение некоторых читателей: какие лермонтовские места? Не бывал Михаил Юрьевич в этих краях. Да, это так. Зато здесь жил человек, которому мы все обязаны сохранением дома Лермонтова в Пятигорске, — Олег Пантелеймонович Попов. Но о нем я скажу позже.

А первой остановкой нашего путешествия стал другой небольшой городок земли Ростовской — Борисоглеб.

Это место связано с именем еще одного замечательного человека — поэта Константина Васильева, родившегося здесь, здесь жившего и здесь же и похороненного.

12_borisogleb4

В Борисоглебе, в сентябре
горит кленовая листва
и догорает на костре
небес холодных синева.
И купола крестами вниз
сияют в зеркале воды…
Но камень – бел, но голубь – сиз,
но к небу тянутся кресты.
И сквозь наплывы тишины,
туманным утром, на заре
иные звуки мне слышны
в Борисоглебе, в сентябре.

12_borisogleb1

Имя земляка борисоглебцы чтят и помнят: ежегодно проводятся Васильевские чтения, выпускаются книги и статьи в местной прессе, где рассказывается о новых находках и открытиях, связанных с Константином Васильевым, который ушел из жизни рано – в 46 лет.

Казалось бы, ну какие открытия в наш-то век компьютерных технологий? Все и про всех всё знают. Но дело в том, что архивы и творческое наследие Васильева еще не до конца изучены, достаточно сказать, что из 8 тысяч стихов поэта опубликована едва ли тысяча. Кое-что вообще имеется лишь в рукописях, в единичном экземпляре. Нам повезло: хранитель квартиры-музея поэта (к слову, квартира-музей – филиал местной библиотеки) Людмила Владимировна Зверева прочла такие строки Васильева, которые мало кто слышал.

12_borisogleb7

Она также позволила нам заглянуть в уникальные документы, полистать альбомы с фотографиями, старые газеты.

12_borisogleb8

12_borisogleb6

Мы узнали, что поэт, хоть и не имел литературного образования, все-таки был профессией своей направлен к лирике, к стихам: Константин Васильев закончил естественно-географический факультет Ярославского педагогического института, увлекался орнитологией, прекрасно чувствовал и понимал природу. И потому-то так пронзительны и чисты его строки, посвященные родному краю.

Я в плену, я в неволе
у себя самого.
Перейду это поле,
Не найду ничего.
И по краю, по краю,
где растет краснотал —
здесь я все растеряю,
чем вчера обладал.
Тихо вскрикнет пичужка,
вылетая на свет,
и лесная опушка
встрепенется в ответ.
Будет песнь разливаться
над землею моей —
но душа отзываться
не осмелится ей…

Ну, а при чем тут Лермонтов, спросит въедливый читатель. А связь есть.

Во-первых, Константин дружил и тесно общался с Олегом Пантелеймоновичем Поповым. Олег Попов – личность уникальная. Научный сотрудник «Домика Лермонтова» в Пятигорске, он фактически принес себя в жертву ради музея, который в годы войны хотели сжечь немцы, оккупировавшие Кавказ.

Попов пошел работать в полицию, отстоял музей, но после войны был осужден как пособник гитлеровцев и много лет провел в лагерях, в Воркуте. После освобождения он не мог жить в крупных городах и выбрал Семибратово – небольшой поселок по дороге на Ростов.

12_borisogleb9

В доме-музее К. Васильева хранится Лермонтовская энциклопедия с дарственной надписью: это подарок О. Попова поэту; есть здесь и несколько писем из их переписки.

12_borisogleb10

Во-вторых, поэт поэта всегда чувствует особо, и Лермонтов Васильеву был интересен. Константин много занимался изучением творчества Михаила Юрьевича — и даже написал для дома-музея М. Ю. Лермонтова в Пятигорске исследование о романе «Герой нашего времени».

А в-третьих, если уж уходить вглубь по литературоведческой тропе, то, пожалуй, вскроются и иные сходства и сродственности. Это и печаль, звучащая у обоих поэтов, ощущавших скоротечность жизни, и особый взгляд на русскую природу, и философские мотивы…

12_borisogleb5

Обо всем этом мы и говорили, сидя за столом в уютной комнате, чьи стены помнят еще поэта. Вся обстановка тут – как это было при Васильеве, словно он никуда и не ушел, а вот-вот вернется в дом, сядет к теплой печке и задумчиво начнет тянуться пером к бумаге…

12_borisogleb11

И приходят на ум строки, написанные другим поэтом о доме поэта другого – конечно же, Лермонтова:

Мы в домик поэта зашли —
Ведь мы так давно его знали!
Мы в домик поэта зашли,
Но дома его не застали.
Лишь в маленькой комнатке той,
Что синею тенью одета, —
Лишь в маленькой комнатке той
Все чудится облик поэта.

Разве он умер? Как это может быть, если монастырь по-прежнему стоит твердыней, а за окном дома, в саду, все также зреют яблоки? Ах, эти яблоки, остро пахнущие осенью, такие ароматные и вкусные, такие литературные!.. И приходит на память Чехов, почему-то с яблоками, не вишнями.

12_borisogleb2

Может быть, потому, что у стен Борисоглебского монастыря, где мы побывали с экскурсией, мы купили местной антоновки? А именно антоновками звали поклонниц Антона Павловича.

12_borisogleb3

И когда мы отдавали дань памяти Константину Васильеву на местном кладбище, к памятнику поэту рядом с красными гвоздиками и белыми хризантемами легло желтое антоновское яблоко, полное осеннего света и запаха, символ жизни. Для таких поэтов, как Васильев, — жизни в вечности.

12_borisogleb13

А на обратной дороге, проезжая через Семибратово, мы побывали на могиле и Олега Пантелеймоновича Попова, почтили его память, положив цветы к памятнику.

Елена Белова, сотрудник библиотеки имени А.П. Чехова.

P.S. Кстати, об особых датах и поводах. Олегу Пантелеймоновичу Попову в этом году отмечают 100 лет, а Константину Васильеву – 60.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *